Р.Киплинг

Люблю рассказы о Бразилии,

Гонконге, Индии, Гвинее...

Иль север мой мне все постылее,

Иль всех других во мне живее

Тот предок, гимназист из Вырицы,

Из Таганрога, из Самары,

Который млеет перед вывеской

"Колониальные товары".

Я видел это все, по-моему,

Блеск неба, взгляд аборигена,

Хоть знал по Клавеллу, по Моэму,

По репродукциям Гогена

Во всем палящем безобразии,

Неотразимом и жестоком,

Да, может быть, по Средней Азии,

Где был однажды ненароком.

Дикарка носит юбку длинную

И прячет нож в цветные складки.

Полковник пьет настойку хинную,

Пылая в желтой лихорадке.

У юной леди брошь украдена,

Собакам недостало мяса

На краже пойман повар-гадина

И умоляет: "Масса, масса!"

Чиновник дремлет после ужина

И бредит девкой из Рангуна,

А между тем вода разбужена

И плеском полнится лагуна.

Миссионер - лицо оплывшее,

С утра цивильно приодетый,

Спешит на судно вновь прибывшее

За прошлогоднею газетой.

Ему ль не знать, на зуб не пробовать,

Не ужасаться в долгих думах,

Как тщетна всяческая проповедь

Пред ликом идолов угрюмых?

Ему ль не помнить взгляда карего

Служанки злой, дикарки юной,

В котором будущее зарево

Уже затлело над лагуной?

...Скажи, откуда это знание?

Тоска ль по праздничным широтам,

Которым старая Британия

Была насильственным оплотом?

О нет, душа не этим ранена,

Но помнит о таком же взгляде,

Которым мерил англичанина

Туземец, нападая сзади.

О, как я помню злобу черную,

Глухую, древнюю насмешку,

Притворство рабье, страсть покорную

С тоской по мщенью вперемешку!

Забыть ли мне твое презрение,